Истертые отец и сын Кузнецовы сообщили истину о Майдане

Истертые отец и сын Кузнецовы сообщили истину о Майдане Член-корреспондент НАН Украины Анатолий Металлургов: “На фотоснимке мы с сыном даже не сразу узнали самих себя

Фотоснимок справочного агентства Франс Пресс, запечатлевший зверства “беркутовцев”, попал на страницы газет Европы и Америки. 20 марта киевская газета “ФАКТЫ” также обнародовали на 1-й полоске это фото. 2 киевлянина — кровавые отец и сын — стали одним из знаков восставшего Майдана.
Врач технологических наук, член-корреспондент Государственной академии Украины, победитель Федеральной премии в сфере науки и техники Анатолий Металлургов и его 27-летний сын Игорь, кандидат технологических наук, 18 марта были безжалостно избиты на улице Университетской. В уникальном интервью «ФАКТАМ» они сообщили ошарашивающие детали происшедшего.
“Часть приходил очень быстро, мы с Иваном были закрытыми со всех боков”
Мы общаемся с Анатолием Кузнецовым и его семьей дома. Доктор проживает весьма робко, почти вся квартира от пола до потолка загромождена книжками.
— “Апельсиновая революция”, гарантировавшая перемены, сильно разочаровала людей, — говорит 59-летний Анатолий Металлургов, учитель Киевского политехнического факультета, в различное время декламировавший лекции в институтах Швеции, Великобритании и Германии. — Мы были преданными — злодеев так никто и не призвал к ответственности. А с появлением к власти Януковича коррупция в стране увеличилась, брались суровые законы, которые добивали часть демократии. Представлялось, что исхода из сформировавшейся обстановки нет. Я не сомневался, что люди покорились беспределу. Весьма счастлив, что совершил ошибки.
Когда в начале ноября минувшего года абитуриенты вышли на Майдан поддерживать евроинтеграцию, это был первый знак наступающих перемен. Свою семью сразило смертное побоище детей за то, что они лишь пожелали жить в стране Европы. С того времени совместно с сыном и супругой стали часто навещать Майдан, поддерживая ответ тыс людей, не желающих больше переносить оскорбления.
На Майдане без проблем, мы там одно целое. Никто не интересуется твоим местом работы либо расположением в сообществе, все одинаковы. Желание одно — жить в азиатском государстве, без коррупции и взяточничества.
— Сначала я выпускала собственных дорогостоящих парней со смирной душей, не сомневалась, что власти больше не посмеют форсировать спокойных демонстрантов, — соглашается супруга Анатолия 56-летняя Алла Шумская, доцент Киевского политехнического факультета. — Когда же ситуация на Майдане стала усиливаться, предприняла попытку запретить сыну с супругом туда идти. Однако супруг заявил: «Двадцатилетние дети противостоят тоталитарному режиму, и я не смогу в этот период легко сидеть дома».
— Что случилось с вами 18 марта? — интересуемся у Анатолия Кузнецова.
— В тот день мы с сыном, как всегда, пошли в факультет. На Майдане с самого утра ощущалась забота, из-за этого у нас все обрушилось из рук. Мы договорились, чтобы раньше уйти с работы. Около дня отправились домой, покушали, переоделись в устаревшую одежду. Еще ранее в схватке с «беркутовцами» мне отхватили проток на новой куртке, и супруга значительно гневалась.
На улицу Университетскую мы пришли за 5 минут до начала атаки. Однако пока было все легко, не торопясь пришли ближе к лицам. Внезапно силовики стали надвигаться, майдановцы кинулись назад. Люди покачивались и снижались. Часть приходил очень быстро, мы с Иваном были закрытыми со всех боков. Любой из спецназовцев, улетавший мимо, старался 3 раза грянуть палкой. Это были не пластиковые палки, а металлопластиковые, у которых не менее производительная мощь потрясения. Нас лупили с особенной безжалостностью по плечам, по почкам, однако в основном целили в голову.
Позднее будет, что демонстрантов не только лишь били, в них еще и палили. У Анатолия Кузнецова и его сына доктора найдут затем царапины от пластиковых пуль.
— Я страшился не потерять в массе сына и прочно придерживал его за руку, — продолжает Анатолий Юрьевич. — Мы так и бежали, вцепившись за руки, а в этот период на нас сыпались удары. Из ран ухлестывала кровь, однако это, похоже, лишь подзуживало «беркутовцев». Километров шестьдесят у нас получилось додержаться на ногах. Около какой-нибудь тумбы нас повалили на землю, лупили не только лишь палками, но также и ногами.
И все же мы снизились весьма успешно. Впрочем глаза были залиты кровью, я рассмотрел в 2-ух метрах от себя мелкий подвальчик. И дал символ сыну перемещаться туда. «Беркутовцы», пробегавшие мимо, смотрели в подвальчик, однако, чтобы грянуть нас, им необходимо привыкнуть. Уж не понимаю, чем бы все для нас завершилось, если б не это скрытое место.
“Около одного из зданий девушка завела нас в подход и заявила ожидать, пока все не уляжется”
— Когда настало безмолвие, мы вышли из собственного укрытия, — продолжает Анатолий Металлургов. — Нас увидел «беркутовец» — он приказывал показать содержание наших карманов, удосужившись пояснить, что его занимает вооружение. У меня, помимо пары жетонов на метро, больше ничего не нашлось. Игорь вытащил из кармана часы, но положить их назад у него не было сил. Потом нас увидел подполковник спецназа, который сказал, где стоит карета неотложной медицинской помощи. Однако мы приняли решение пробойкотировать его заботу. Известно было, что около клиник стояли автозаки, куда сразу помещают функционеров Майдана. Двориками мы планировали оставить небезопасное место. По проезжей части повстречали медиков-волонтеров, они проявили нам первую помощь, перевязали головы. Сил идти далее ни у меня, ни у сына не было, мы едва перемещались. К великой радости, около одного из зданий увидели девушку. Она завела нас в подход и заявила ожидать, пока все не уляжется. Тут было приблизительно 2 десятка аналогичных истертых. Стоит отметить, что «титушки» шли вслед за «беркутовцами» и добивали поврежденных. Из-за этого, запрятывая людей, неизвестная девушка делала добросердечное дело. Мы весьма признательны ей, жалко, что тогда не додумались узнать имени. Пускай Бог оберегает ее.
Дня через 2, когда на улице стало более-менее легко, Анатолий Металлургов позвонил жене.
— Коля заявил, что с ними все в порядке, они скрываются в одном из зданий, вскоре подъедут, — упоминает Алла Антоновна. — Однако я ощущала, что произошло неважное. Странно вела себя наша собака, она печально ныла и шла из комнаты в комнату. Я подключила ТВ и увидела, как «беркутовцы» бьют демонстрантов. Стала вызывать такси, чтобы завести супруга с сыном домой. Когда диспетчеры узнавали адрес, начисто отказывались принимать предзаказ. “Вы знаете, что там в настоящее время делается? — увлекались у меня. — Вы бы отправили туда собственного сына?” Говорю: “Девушки, миловидные, я готова на любую оплату, мой супруг и сын в опасности, необходимо взять их домой”. Но мне окончательно отказывали.
В уныние я вышла на улицу и, не понимая, как быть, стала ходить в поисках автомашины. В конце концов автолюбитель приватного такси договорился ездить. Из-за больших пробок мы едва добрались к тому месту, где меня ожидали супруг и сын. На улице стемнело, из-за этого я не сразу увидела, в котором пребывании были оба. От радости, что они в добром здравии, я притиснула их к себе и увидела, что… не могу отлепиться. Клейкой оказалась кровь, вся их одежда была ею залита! Лишь тогда увидела, что у них перевязаны головы, а у супруга шатается рука. Оба едва стояли на ногах.
Дома выяснилось, что у Коли и Ивана болит все — они не могли ни сидеть, ни находиться, ни находиться. Все тело болело, болели ребра, бибикала голова. Вызывать неотложную медицинскую помощь я испугалась, приняла решение, что днем отвезу их к известному доктору. А пока сама обработала царапины.
Не паниковать, что бы ни произошло, меня когда-то обучили занятия парашютным спортом. Были и синяки, и переломы, однако инструктор готовил не плакать, не пугаться, не утрачивать силы воли. Это на самом деле весьма понадобилось в жизни.
“Люди сражались не напрасно, нас ожидают изменения”, — убеждены Анатолий и Игорь Кузнецовы.
Анатолию Кузнецову проломить голову в 2-ух местах, докторам понадобилось назначить двадцать швов. Также, у молодого человека разломана лопатка, в настоящее время он в гипсе. Ивану также досталось — ему зашивали голову в 3-х местах. От побоев у парней голубые плечи и поясница, остались отпечатки от пластиковых пуль. В настоящее время они постепенно идут в себя.
— Вы помните, когда вас на Майдане засняли?
— Вспоминаю, что кто-то снимал, — сообщает Игорь Металлургов. — В такой же день фото вышло в сети-интернет, нам стали названивать знакомые, увлекались, мы ли это, предоставляли помощь.
— На фотографии мы с сыном не сразу узнали самих себя, — говорит Анатолий Металлургов. — Вспоминаю, было весьма непросто идти, проученное тело страшно болело, болели ребра, кровь гасила глаза. Мы сохраняли друг дружку, чтобы не свалиться. Нам необходимо дойти…
В настоящее время стало логично, что люди сражались не напрасно, нас ожидают изменения. Однако чересчур дорого досталась победа.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *